- Дай мне сигарету, Белинда! -Джим тряс головой в такт какой-то старой джазовой мелодии, звучащей из радиоприемника, - услышь мои мольбы, крошка, я погибаю! - он бросил на нее ехидный взгляд и подмигнул.
        - Джимми, Джимми! Какая наивность! Они давно закончились!
      - Когда?! - вид у Джимми был такой растерянный и удивленный, что Белинда невольно рассмеялась.
        Джим сбавил скорость и вгляделся в горизонт.
        -До ближайшей заправки совсем недалеко! Черт, Белинда, трахни меня нежно, как я счастлив!
        - Не дождешься, мальчик. - Белинда ткнула его локтем в бок, - садизм - мое жизненное кредо!
       - Ладно, детка, ладно, - промурлыкал Джимми. Они остановились у маленького кирпичного строения. Под крышей домика красовалась облупившаяся и потускневшая надпись "Все для путешествий". Молодые люди, держась за руки, поднялись по ступенькам (которых оказалось две) и вошли в душное, горячее нутро магазинчика.
        Джим повернулся к прилавку и отшатнулся так резко, что чуть не сбил Белинду с ног. Она замахала руками, пытаясь удержать равновесие, и зацепила полку с продуктами. В магазине воцарилась полная тишина, если не считать звонких звуков, издаваемых падающими и катящимися консервными банками.
        Из-за прилавка на Джима и Белинду смотрел ничего не выражающим взглядом полный бледный мужчина. Волосы у него были совершенно белые и всклокоченные, но в тоже время редкие, а серые глаза казались стеклянными. Пот крупными каплями стекал по его вискам и копился в морщинках на лбу. В руках мужчина держал ружье. Старое охотничье ружье. И направлял его незнакомец на пару молодых людей - единственных посетителей в магазине Все - для - путешествий…
        Джимми сделал шаг в сторону, инстинктивно заслоняя собой Белинду, а та, будто очнувшись ото сна, истошно завопила и вцепилась в рубашку Джима.
        - Молчать!!! - взвизгнул пухлый мужчина. Губы его искривились. Он поднял ружье и принялся нервно моргать.
        Белинда замолчала и упала в обморок, спровоцировав очередной обвал из консервных банок. Джим тупо смотрел на то, как жестяные емкости с мягким, каким-то жутким стуком падали на тело его подруги. Он поднял глаза. Свободной рукой безумец за прилавком теребил волосы худощавой женщины в цветастом платье, полулежащей на прилавке лицом вниз. Откуда-то (Джимми не мог разглядеть, откуда именно), тянулась темная струйка крови.
      Джимми открыл рот, чтобы сказать что-то, быть может, успокоить психопата (глупо) и наклонился к Белинде…
"БАХ!"
        Искры в глазах. Пуля угодила в голень. Бледный толстяк выбрался из своего убежища и, шаркая, направился в сторону Джимми, машинально резкими движениями растирая кровь женщины - в - цветастом - платье по своим штанинам.
"БАХ!"
        Он попытался снова выстрелить, но промазал. Джим упал, с воплем хватаясь за ногу.
"БАХ!"
        Джимми обернулся, все еще крича. Фонтан мелких брызг хлынул на его лицо - это Белинда лишилась половины головы.
        - Подонок! - Не помня себя, кричал Джимми, - сукин сы…
        - "БАХ!"
     И темнота. Просто темнота. 2 Мигающий, резкий голубой свет от флуоресцентных ламп. Холодный кафель. Джим оперся о хирургический стол и чуть наклонил голову. Что сейчас? День или ночь? Кровавые разводы на белых простынях. Сверкающие жутким стальным блеском инструменты. Джим взял один из них. Наверное, скальпель. Он провел лезвием по руке. Кожа мгновенно разошлась, и кровь как-то неправдоподобно медленно полилась на пол. Подойдя к соседнему столу, Джимми отдернут простыню. Да, это Белинда, хотя сейчас ее трудно было узнать. Его бледные руки дрожали, он не чувствовал биения своего сердца. Он вообще ничего не чувствовал. Скальпель вычертил неровную линию на груди девушки. Джим вынул ее сердце и прижал к щеке. - Помнишь, ты сказала мне? Помнишь, как пообещала, что твое сердце всегда будет принадлежать мне? Я сохраню его. Теперь я обещаю! И снова тьма. Два бледно - кровавых тела. Два обещания. Звонок тревоги. Топот ног, мелькающие голубые халаты, вспышки, голоса…. Ложь.